Тишина и воспоминания.

Почему-то с каждым годом зима дается мне все тяжелее и тяжелее. Она больше не белая сказочная подружка, а просто холодный северный ветер, не знающий теплого яркого солнца. А ветра в последние дни дуют беспощадно, заставляя меня чувствовать  свою беспомощность  и страх перед неожиданным холодом. Замерзло все: снаружи и внутри, и я согреваюсь как могу, но мало что получается.

В последние два дня в моей квартире царит тишина. И я почти два дня без сна. Прошлой ночью у Ники был сильный жар, температура 39. С этой напастью мы боролись почти всю ночь - она  неосознанно, я с сердцем полным страха за нее. Я перепробовала все средства, которые смогла вспомнить, бегая по треугольнику - кухня, ванная, ее постель. Я не помню, чтобы я еще кому-то столько раз измеряла температуру и дотрагивалась своими губами до неизменно горячего лба. Она была такой беспомощной и слабой, как маленький ребенок, которому неожиданно причинили боль, а он не знает, что с этим новым чувством делать. Она взяла с меня слово, что я не оставлю ее умирать в одиночестве). Выполняя данное обещание, я почти сутки сижу рядом с ней, прислушиваясь к ее дыханию - теперь уже ровному и тихому. Ника почти целый день спит. Я же  ничего не хочу  делать. Давно я вот так просто не сидела в тишине: без телевизора, музыки и телефона. День в мягком кресле с чашкой кофе в руках, а в голове множество мыслей, воспоминаний. И все как-будто не мои, как-будто из чужой жизни, из другого измерения, неслышно проникшие в мою реальность, чтобы показать мне картинки давно ушедших событий.
.........вот мы с сестрой рисуем за одним столом, размазывая густую гуашь по тонким листам раскраски, а затем мы выставляем друг другу оценки - ведь это урок рисования. После таких уроков стол всегда выглядел, как картины абстракционистов - ярким и непонятным. Этот стол до сих пор существует, но теперь за ним сижу я одна.
........вот мы с отцом в заснеженном парке. Сестра идет рядом с ним, я в санках под теплым одеялом и медленно падает снег.
.......а вот мама печет вкусное печенье и заваривает чай, чтобы полечить мое всегда больное горло.
......и конечно, бабушкина комната, в которой стоял большой стол-книга, под которым мы с сестрой делали свой тайный домик, разрисовывая его изнутри цветными мелками.............

И все такое близкое. Все было со мной. И все такое далекое, как-будто никогда и не было.


Ночью Ника произнесла ее имя. Мне кажется, она все еще ее любит, ведь так просто не бегут в другой город. Но, по крайней мере, она знает ее имя. Я же о своей Птице не знаю ничего.

Но это уже совсем другая история. Время мерить температуру, а после заварить ей чай, а себе еще одну чашку крепкого кофе.

Radclyffe Hall. Рэдклифф Холл.

"Она творила и прославилась под своей настоящей фамилией — Рэдклифф Холл. И все-таки считается, что «Рэдклифф Холл» — это ее псевдоним, потому что она старательно избегала своего имени – Маргарет – и не ставила дефис между двумя частями фамилии «Рэдклифф-Холл», так что человек несведущий мог подумать, что это – имя и фамилия мужчины… Маргарет Рэдклифф-Холл прилагала невероятные усилия, для того, чтобы хотя бы в творчестве скрыть свой истинный пол. Она не хотела быть женщиной. Никогда не хотела. И можно сказать, что она добилась определенных успехов: хотя ей так и не удалось ни изменить, ни надежно скрыть свой пол, — зато ее роман «Колодец одиночества» стал подлинным манифестом женщин, не желающих быть женщинами, и первым произведением, обратившим внимание прогрессивной общественности на эту проблему. "

Читать дальше.                             

              

«Колодец одиночества» - это сексуальная биография мужеподобной девушки по имени Стефен Гордон, которая влюбляется в женщин (и теряет их), во время первой мировой войны служит водителем санитарного автомобиля и после окончания войны становится известной писательницей, живущей в Париже. Хотя по современным стандартам эта книга выглядит весьма невинной - наиболее интимные подробности физической близости между двумя женщинами сводятся к предложению «И в эту ночь они были единым целым», лондонский судья Чарльз Байрон был настроен серьезно. «Чем непристойнее книга, - вещал он, - тем больший интерес публики она вызывает. Чем слаще яд, тем незаметнее он действует». Поскольку в книге Холл не только призывала «добропорядочных граждан» признать существование лесбиянок, но и осмелилась допустить, что ничто человеческое лесбиянкам может быть не чуждо, судья объявил книгу «непристойным пасквилем» и приказал полиции уничтожить все отпечатанные экземпляры.

Тем временем в США суд выразил противоположную точку зрения, вынеся решение, что ничего касающегося в явной форме гомосексуального, а следовательно, непристойного в книге не содержится. «Колодец одиночества» был опубликован и стал популярен в США. Эта книга породила широкую дискуссию о теме запретного в искусстве вообще. Благодаря этой дискуссии в печати появилось столь много информации о лесбиянстве, что существование этого явления уже никак нельзя было отрицать. В Англии же запрет на эту книгу был снят лишь пятнадцать лет спустя после смерти Холл. (Интересно отметить, что примерно в то же время, когда вышел роман «Колодец одиночества», Вирджиния Вульф опубликовала своего «Орландо» - этот причудливый панегирик ее возлюбленной Вите Сэквилл-Уэст, и никакого взрыва возмущения не было: возможно потому, что Вульф и Сэквилл-Уэст обе были замужем и одевались по-женски.)

 Сегодня «Колодец одиночества» уже ни для кого не станет откровением. Написанный несколько старомодным языком «сексуальной инверсии», он кажется более чем причудливым. Тем не менее трудно переоценить значение этой книги: то, какую брешь в заговоре молчания она пробила, какое открыла пространство для пришедших в литературу вслед за Холл геев и лесбиянок. Многие годы эта книга считалась «библией лесбиянок», и целые поколения мужеподобных женщин лепили себя со Стефен Гордон. 

http://lit.lesbiru.com/classic/holl.html 

Тени в зазеркалье. Вивиан Майер.

Она поглотила все мое внимание последних двух дней, отодвинув на задний план темные размышления на нескончаемые вопросы. Она заворожила меня  своим  грустным, всегда сосредоточенным взглядом. Всматриваясь в него, я пытаюсь проникнуть в ее мысли, но понимаю, что мне это недоступно. Я рассматриваю ее лицо - всегда строгое и немного грустное - и вижу одиночество.

Ты для меня?

Я с надеждой отпускаю свои мысли в холодную пустоту, надеясь на то, что они вернутся ко мне полные света и ясности. Я поднимаю глаза к небу, веря в то, что смогу рассмотреть в серых облаках твое лицо, которое ты все время прячешь от меня. Пролетая мимо прекрасной птицей, ты оставляешь для меня лишь маленькое дуновение ветра, которое я не могу заставить остаться, потому что все стремится вслед за тобой, даже мое сердце. Ты снова вернула ему жизнь, заставив вспомнить о том, что оно должно биться, а не лежать гранитным камнем внутри, занесенным снегом.
Теперь в моем сожалении зародилось зерно сомнения, которое ядом растекается внутри. Ядом медленно отравляющим мои мысли, соединяя их в кольцо из истлевших нитей моих надежд, когда-то живых и ярких, но растерянных в  бессилии и трусости.
Я поднимаю глаза к небу  в надежде получить ответ на вопрос - почему ты? Но в ответ получаю тишину - абсолютную и непроницаемую. Небо верно хранит свои секреты, не давая мне и надежды на то, что наконец будет все легко. Я снова должна искать путь, скрытый от моего взгляда. Путь, в конце которого, я, возможно, найду тебя или потеряю навсегда, так и не сумев найти в себе силы, чтобы взять тебя за руку.

Ты - моя птица, которая неслышно залетела в мое окно лишь на мгновение, чтобы подарить мне пару слов, связанных музыкой твоего голоса....Ты упорхнула,  оставив на моем лице улыбку - глупую и довольную, оставив мне столь непривычное ощущение счастья, которое длится до сих пор.
Но я не знаю, сколько еще времени пройдет прежде, чем твоя дорога, скрытая от меня, приведет снова к моему окну. Возможно, никогда больше....Мое сердце плачет......................

см. также "Химическая реакция"

Сквозь внешнее.

Перед совершенством невозможно устоять. Оно затягивает своим ослепительным светом, делая мир вокруг мало значимым. Оно закрывает мои глаза теплой рукой, чтобы отучить меня видеть ими, погружая в собственные мысли, отрывками мелькающими на поверхности сознания. Я должна научиться видеть совершенство, находясь по ту сторону взгляда, приученному смотреть только на поверхность, не замечая деталей.....

Как часто я судила и сужу человека по внешности? Думаю, что часто. Пусть это было не всегда осознанно, но, тем не менее, это никак не оправдывает меня. Сколько раз я себя упрекала в том, что ленюсь очищать людей от чешуек, наращенных ими на себя собственными руками, для того, чтобы защитить себя от вторжения, и скрыть свое настоящее Я. Благодаря часто выносимому вердикту " Мне не нравится", я упускала, и, думаю, что упускаю до сих пор, многих интересных людей, раньше так часто приходящих в мою жизнь, а теперь этой жизнью спрятанных от меня. Наверное, я слишком часто привередничала, и судьба растерялась перед моей несговорчивостью, решив оставить меня в покое. 

Единственное, чем я могу себя оправдать - это стремлением заглянуть вглубь человека, если уж он все таки оказался рядом со мной. И здесь мое терпение безгранично. Ничто так не доставляет удовольствие, как помогать человеку отдирать от себя чешуйки и доставать на свет его внутренний мир полный красоты и совершенства, вызывать его на разговоры личные и откровенные. Ничто так не завораживает, как слезы от понимания того, что его личное вдруг стало значимо для кого-то, кроме него. И ничто так не располагает, как умение слушать и не осуждать, умение создавать  ощущение  безопасности и солидарности, создавать пространство лишенное страхов и комплексов.

Научиться доверять друг другу безумно тяжело. И путь к этому долгий и не всегда оправданный, но и жить с постоянной оглядкой  и в сомнениях еще тяжелее. 

Не так давно, я познакомилась с человеком, который не могу сказать, что внешне мне очень нравится. Все таки от первого восприятия многое зависит, и чувство не симпатии очень тяжело побороть, но в этот раз я пытаюсь. Почему? 

Почему?...

Когда же 8:00

Сижу жду. Не могу спать. Внутри что-то прыгает, заставляя меня ходить из угла в угол, в поисках сладкого. Последняя зефирка была съедена еще два часа назад и меня это выводит из себя. В отсутствии сладкого организм жаждет никотина, в следствии чего моя квартира утонула в тумане, и я, как тот ежик из мультика, бреду на ощупь в поисках чего-то неизвестного, но жизненно необходимого.
Ну, когда же восемь. Стрелки просто замерли, издеваясь надо мной. Пятнадцать минут было пятнадцать минут назад и все еще пятнадцать. Часы точно умерли, впали в кому и уже, наверное, видят свет в конце туннеля.
Я выдержу. Я сильная. Бутылка тэкилы уже наготове - это наш с ней напиток - и я знаю, что, как только она зайдет в квартиру, из огромной сумки будет изъята еще одна, привезенная ею, и мы долго будем решать с какой начать, после чего откроем обе. Она нальет себе из моей - я из ее и со словами " поехали" начнем наш праздник " Двух несовместимых", но обожающих друг друга. Мы будем наперебой рассказывать о том, что произошло у каждой из нас, и неважно,что все давно было рассказано по телефону. Мы должны все повторить, глядя друг другу в глаза, чтобы понять, что ничего не упустили и все правильно поняли. Я обязательно поплачусь у нее на плече, а она произнесет нашу любимую фразу - девчонки не плачут, - возвращая мне мою уверенность.
Эта ночь бесконечна. А ты там, где-то в темноте, наедине со своими мыслями, мчишься ко мне. Я умоляю тебя - будь осторожна. Ты мне нужна.

Когда же 8:00.

Кольцо из лозы.

Я часто думаю над тем, на сколько человек способен искренне любить. И где она та самая чистая и светлая, незапятнанная стремлением владеть и управлять чужими чувствами, не стремящаяся переделать, перекроить под себя, чтобы было удобней и правильней, но только с одной точки зрения. Точки, которая не учитывает желания и представления того, кто рядом с тобой. Страх погружения в чужой мир, в иные мысли, останавливает, потому что в неизвестном можно утонуть, оказавшись слабее духовно, эмоционально, даже более того - быть разбитым в пух и прах абсолютной состоятельностью, целостностью личности, другого Я, которое находится рядом и ждет, когда ты повзрослеешь и перестанешь казаться сильной, а станешь таковой. Великое счастье состоит в том, если этот человек согласен терпеть глупость и прощать, держа тебя за руку, как несмышленое дитя, ведя за собой, а если нет, то блуждание в темноте своих комплексов и страхов, может никогда не закончится, став замкнутым кругом в твоей голове и, что еще хуже, душе.....

Сегодня я наплевала на все: на бардак в квартире, на кучу грязного белья в ванной, на не мытую посуду и десяток не отвеченных звонков от бывших и настоящих, от просто подруг и друзей - близких и не очень. Отгородилась от их обид и требований полным молчанием, назвав эту субботу " Днем Тишины". Конечно, во многом виновата я сама, и не все мои поступки правильны, и не все мои слова обдуманны, но ищя внимания и удовольствия, они редко задумывается над тем, чего хочу я.
Я их не виню, ведь каждый думает в первую очередь о себе, о своих проблемах и желаниях - это принципы выживания -  быть у себя на первом месте. А я буду молчать и позволять им предъявлять свои требования, потому что я все равно не смогу им дать больше того, что у меня есть...А что у меня есть?

У меня есть восьмилетний ангел с медовыми волосами, который любит меня просто потому что я ее Аник - не такая как все, с огромными тараканами в голове, но ей это нравится. Мой ангел безумно любит со мной гулять, взяв меня за руку, и смотреть, как люди на нас реагируют. Я же давно не обращаю внимания на людей и на их извечный вопрос в глазах - это ее ребенок? Это мой ребенок - единственный в моей жизни.

Гуляя сегодня вдоль озера, вдоль опустевшего пляжа, над которым нависло тяжелое осеннее небо, я думала о том, что хотела бы здесь остаться и бродить по терракотовым листьям, собирая ивовые прутики для моего ангела, и искать самую большую шишку наперегонки, а найдя, запускать в воду, как камешки, делая " блинчики". Устав, мы бы плели кольца и браслеты из лозы, а она бы меня ругала за то, что вечно в моих руках все ломается и, плюнув на меня бестолковую, сделает все сама и подарит мне кольцо из трех сплетенных прутиков. Подарит, как сегодня, надев его мне на палец...........

Завтра моего ангела забирают и я снова останусь наедине со своим бардаком и кучей немытой посуды, погрязну в своем декадансе вместе с Верленом и Уайльдом, губя свои легкие никотином, а печень вином.
Осень знаете ли.......

Церковь недалеко от моего дома, здесь крестили моего ангела.